Кинешемская Епархия Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)

среда, 31 октября 2018 г.

Доклад настоятельницы Макариев-Решемского женского монастыря игумении Феофании на монашеском съезде в Шуе

30 октября в Ивановской митрополии восьмой раз прошел Региональный этап Рождественских образовательных чтений. Его тематика – "Молодежь: свобода и ответственность" – соответствует теме XXVII Международных Рождественских чтений, которые состоятся в Москве 27-31 января 2019 года.

В рамках Рождественских чтений состоялся монашеский съезд в Шуе, с докладом на котором выступила настоятельница Макариев-Решемского женского монастыря игумения Феофания  (Губайдулина).

ВНУТРЕННИЕ И ВНЕШНИЕ ТРУДНОСТИ,
С КОТОРЫМИ ВСТРЕЧАЕТСЯ
НОВОНАЧАЛЬНЫЙ ПОСЛУШНИК В МОНАСТЫРЕ

Ваше Высокопреподобие, Преподобие! Всечестные отцы игумены и матушки игумении!
Братья и сестры!

Мне благословили подготовить доклад на тему "Внутренние и внешние трудности, с которыми встречается новоначальный послушник в монастыре" и посоветовали воспользоваться опытом из своей собственной монастырской жизни.

Вспоминаю о том, что испытывала я много лет назад, в начале девяностых, при вступлении на путь, требующий самоотверженного служения Богу, путь неизведанный, таинственный, внушающий благоговейный страх и опасения: смогу ли? За спиной – кое-какой жизненный опыт, в духовном запасе – небольшой стаж посещения богослужений в приходском храме и такое же количество прочитанных книг духовного содержания. Да еще абсолютная неподготовленность ко вступлению в монастырь и совершенно идеализированное представление о монашеской жизни. В противовес этому имелось благословение духовника, которому мы несомненно доверяли и не осмеливались не послушаться: раз он благословил жить в монастыре, значит того хочет от нас Бог, и да будет воля Его!

По дороге в обитель гордая душа трепетала, зная из книг и понаслышке, что в монастыре придется отрекаться от своей воли, время от времени испытывать неприятные моменты, уязвляющие самолюбие, выслушивать замечания, укоры, терпеть критику от начальства и окружающих, нести тяжелые физические труды. Одни мысли об этом вызывали в душе боль и противление, а также слабую, трусливую надежду: может быть, удастся всего этого как-то избежать.

В первые месяцы жизни в монастыре при знакомстве с насельницами удивляло и разочаровывало поведение некоторых из них, не соответствующее сложившемуся у меня в то время идеальному образу монастырских сестер. Такой в корне ошибочный взгляд рождал неприятие и приводил ко греху осуждения. Все познается со временем с помощью Божией. И мне Господь дал увидеть себя с неожиданной для меня и неприглядной стороны и познать свои многочисленные немощи.

Послушание воспринималось мною только с внешней стороны, как выполнение труда, необходимого для поддержания жизнедеятельности монастыря. О том, что послушание скрывает глубоко в себе духовную тайну и является самым простым способом совлечения с себя падшего человека, я в то время не осознавала. Имея только внешнее послушание, без внутреннего, без доброго произволения, труд, возложенный на меня, я исполняла как бы по принуждению, напряженно, часто с ропотом. В результате в моем труде не было легкости и радости, не было благодати, которая даруется Святым Духом смиренным душам, с простотой и любовью принимающим и исполняющим благословение на любое послушание. Такое неверное (по гордыне, либо по духовной неграмотности) понимание сущности послушания порождает множество ошибок в жизни послушника, которые становятся преткновением на пути духовного возрастания и требуют большого труда и времени для их исправления.

Оглядываясь назад, за все благодарю Всемилостивого Господа, Который, как заботливый отец, изъял в свое время меня из пучины погибельной и привел в обитель спасения.

Мы живем в довольно сложное время, когда в мире происходят перемены, коренным образом изменяющие обычаи, взгляды и нравы, чрезвычайно ослабляющие человека в духовном плане, искажающие его самосознание. Современное общество все более и более удаляется от христианского образа жизни и мысли.  Оскудела духовность, оскудевает  христианский мир. Но если говорить о современном монашестве, необходимо помнить, что "Христос вчера и сегодня и во веки Тот же" (Евр. 13:8). Да, действительно, вокруг монастырей мир меняется с нарастающей скоростью тревожных изменений, но суть монашества, идеалы и цель монашеской жизни все же остаются неизменными.

Монастырская атмосфера содержит нечто особенное,  прямо противоположное тому, чем живет человек в поврежденном и расслабленном мире. И неудивительно, что люди, устающие от пустых внешних впечатлений и грязных новостей, лжи и лицемерия, жаждущие иного, праведного образа жизни, влекутся в обители в поисках чистоты и святости. Некоторые из них принимают решение навсегда остаться в монастыре, однако поспешность здесь нежелательна. "Монастырь – лучшее место для содевания спасения, кто с разумом поступит в монастырь и разумно жить будет в нем", – писал святитель Феофан Затворник в одном из писем желающему поступить в монастырь (1. п.113, с.110).

Как видим, прежде чем поступить в монастырь, то есть принять судьбоносное решение, человеку необходимо серьезно подумать и взвесить все "за" и "против". Во всем, и особенно в жизни духовной, нужно соблюдать постепенность. У святителя Игнатия (Брянчанинова) находим: "Недостаточно, чтоб мы хотели: надо, чтоб воле Божией сообразно было наше хотение… Монашество есть установление Божественное… В числе правил этого Божественного установления имеется и то, чтоб вступали в монашество люди с истинным произволением и подвергали это произволение прежде принятия обетов строгому рассмотрению и испытанию. Имеющим холодное и колеблющееся произволение строго воспрещено вступление в монашество" (т. 5, с.592, с.685). Он же советовал: прежде, чем стать монахом, нужно стать совершенным мирянином. Поэтому желающему монашеской жизни надо готовиться к ней еще находясь в миру. Все это для того, чтобы избегнуть множества ошибок и преткновений, ожидающих новоначального на первых порах жизни в монашеской обители и приводящих неискушенного послушника к недопониманию, разочарованию и оставлению монастыря.

Преподобный Паисий Афонский в своих письмах к сестрам основанной им обители святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова писал: "То, что я испытываю сочувствие к новоначальным монахам и тревогу за них, – правда, потому что, будучи новоначальным, я много пострадал, прежде чем обрел то, чего желал. Естественно, никто не был виноват в том, что я страдал, кроме множества моих грехов (я страдал, чтобы расплатиться хотя бы за некоторые) и равным образом моей неотесанности, бывшей второй причиной того, что я страдал, ибо я вверял себя первому встречному. Благодарю Бога за все, потому что все мне было очень полезно. Кроме ржавчины ветхого моего человека, которую сбивали эти удары, и опыта, который они мне оставили, они умягчили мое жестокое сердце, и я с состраданием молюсь за новоначальных, чтобы они сразу же нашли подходящие условия и стали благоискусными согласно своему призванию". Далее он очень подробно научает тому, как необходимо заранее подготовиться к вступлению на монашеское поприще, а именно:

1. Поскольку монашеская жизнь не должна быть самочинной, единственное, в чем, по мнению афонского старца, для монаха допустимо проявить свою волю – это в избрании духовного наставника. Подчинение должно быть совершенно добровольным, иначе к наставнику не будет доверия, а это важно. Самое главное, найти подходящего монахолюбивого  руководителя, имеющего большой духовный опыт и умеющего правильно рассуждать, т. к. "суждения у новоначальных детские, потому они и ошибаются".
2. Нужно вести жизнь внимательную, хранить душевную и телесную чистоту, жить вдали от мирского окружения, избегать общения с противоположным полом, удаляться от застолий даже семейных, стараться хранить душевный мир. Старец предупреждал, что любая душевная рана из-за невнимательности в миру создает в монастыре задержку в развитии, заставляет переживать боль. Для того чтобы подготовиться как можно лучше – в мыслях считать себя послушником и тихо подвизаться по мере сил.
3. Для укрепления души необходимо заниматься духовным чтением отеческих книг, для чего полезны "Лествица" Иоанна Лествичника, "Поучения аввы Дорофея", "Невидимая брань", "Отечник", писания Ефрема Сирина. (Сюда можно добавить книги святителей Тихона Задонского, Феофана Затворника, Игнатия (Брянчанинова), праведного Иоанна Кронштадтского). Надо обязательно изучать творения Святых Отцов, которые для современного монашества являются основным руководством. Для сохранения же внутреннего покоя ни в коем случае нельзя читать бунтарских книг и изданий, в которых затрагиваются церковные темы.
4. Решить вопрос с родителями: "Постарайся приготовить своих родителей на языке, который они могут понять, а не на евангельском и святоотеческом (поскольку они не знают его или не хотят понимать), чтобы тебе не стать причиной того, что они будут поносить святых отцов и согрешат". Необходимо целиком вверить своих родителей и все их касающееся Богу, чтобы иметь душевный мир в монастыре.
5. Прежде чем поступить в монастырь преподобный Паисий советует войти в общение с духовными старцами и посоветоваться с ними. По совету выбрать две-три обители и пожить в них сначала простым паломником. Лучше поездить, посмотреть, поговорить с людьми, которые так же ищут или которые уже что-то нашли, и только тогда принимать окончательное решение, взяв при этом благословение у духовника. Кроме того, Старец рекомендует принимать во внимание и климатические условия, если здоровье не крепкое, чтобы позже не роптать и не быть вынужденным перейти в другую обитель. Но все же главным он полагал здоровый духовный климат в обители, чтобы душа не потерпела вреда.

В идеале монастырь это, прежде всего, семья, которая собирается вокруг духовного руководителя (игумена, игумении) годами. В монастырскую семью желающих присоединиться принимают не сразу, а предлагают вначале приезжать в обитель время от времени на определенный срок. К каждому присматриваются внимательно в течение ряда лет. И только потом окончательно принимают решение, принять ли его в свою семью или нет, соответствует ли претендент  духу монастыря, сможет ли он жить в мире с братией, понести внешние и внутренние труды монашеской жизни. С другой стороны, желающий жизни монашеской имеет возможность выбрать обитель, которая более всего соответствует его духовному устроению.

Принимая в монастырь новоначального, настоятелю необходимо провести продолжительную беседу с ним:  должно узнать все о его прошлой жизни, задать ему необходимые вопросы, попытаться понять каков его духовный уровень, как он относится к самому себе, видит ли свои недостатки, немощи и грехи, ведомы ли ему покаянные чувства. Это нужно для того, чтобы составить первоначальное представление о внешнем и внутреннем состоянии человека и сделать вывод, сможет ли он взять на свою ответственность жизнь и спасение этого человека.

Затем его знакомят с уставом монастыря, рассказывают о том, что монахи – это люди, отмеченные особой печатью Божией любви, избранники Божии, для которых Господь приуготовляет особый крест. Монашество – это искусство из искусств, научающее любви к Богу и ближнему. Оно же и бескровное мученичество, уподобляющее нас Христу. Суть монашеской жизни во все века, несмотря на меняющиеся обстоятельства, всегда остается одинаковой. Это жертвенное служение Богу и ближнему. Монашество невозможно без послушания, смирения, отвержения себя и готовности нести скорби. Монашеская жизнь хоть и трудная, но благодатная. Слушаясь и смиряясь, претерпевая испытания и скорби, борясь со страстями, монашествующие выражают свою любовь к Богу, стремление угодить Ему, соединиться с Ним.

Нужно объяснить, какие труды и лишения ждут человека на монашеском пути, как должно относиться к настоятелю, к старшим  и вообще ко всем братьям или сестрам, какие послушания существуют в монастыре. После сей предварительной и предупредительной беседы желающий монастырского жития вопрошается в последний раз о своем окончательном решении. Если он согласен и принят, то можно ознаменовать начало жизни новоиспеченного послушника в монастыре словами схиархимандрита Софрония (Сахарова): "Теперь готовьтесь к великому терпению".

Подлинное монашество начинается с послушания, являющегося основой основ духовной жизни и фундаментом возрастания в добродетели.  Послушание, по Иоанну Лествичнику,  "есть гроб собственной воли и воскресение смирения. Послушный, как мертвый не противоречит и не рассуждает, ни в добром, ни во мнимо-худом; ибо за все должен отвечать тот, кто благочестиво умертвил душу его. Послушание есть отложение рассуждения и при богатстве рассуждения… В простоте повинующиеся ради Господа благополучно совершают путь свой, не навлекая на себя коварство бесов своими тонкими исследованиями" (Лествица. Слово 4. О блаженном и приснопамятном послушании).

Из всех монашеских подвигов подвиг послушания самый тяжелый. Исполнить волю Божию, отсечь свои мудрования и свои пожелания ради благословения очень трудно. Многие из приходящих в монастырь оставляют за его порогом  блестящее образование, успешную карьеру, положение в обществе, материальное благополучие, но отказаться от собственной воли и отдать себя в послушание Богу часто выше их сил. Непонимание делания послушания присутствует, к сожалению, не только среди мирян, но и в монашеской среде.

"Монастырь, – писал Феофан Затворник, – точно есть место спасения и обитель спасающихся, но то и другое невидимо; видимое же все представляется житейским. Там идут два порядка жизни: один внутренний, а другой внешний. Послушания, какие налагаются в монастыре, все касаются сей внешней жизни. Незнающий, что эти послушания необходимы только потому, что мы приносим в монастырь с собою и тело, и что  дело спасения души должно идти среди сих послушаний своим чередом, с первых шагов может отворотиться от монастыря, почитая их несоответствующими своим целям и своему настроению, – или оставаясь в монастыре, все дело монашества ограничивает только сими послушаниями… и потрудится напрасно, ни шагу не сделав в очищении и усовершенствовании своей души…" (1, п. 113, с.111-112). "Монастырская жизнь не так трудна, как вам кажется. Не труды там тяжелы, а неимение своей воли; делать что прикажут, и сестрам, и начальницам, и распорядительницам надо покорствовать… За это в награду Бог дает внутренний мир, покоящийся в лоне смирения" (4, п.693, с. 151-152). "Настоящее послушание слушается, не видя оснований и несмотря на свое нехотение. Такому послушанию обетована особая благодать – благодать сохранения от всякого вреда, при исполнении послушания. Когда послушание оказывается ради Господа, тогда Господь берет на Свое попечение слушающегося и блюдет его" (4, п. 724, с. 210).

Афонский подвижник Иосиф Исихаст так определил место послушания в жизни монаха: "Если монах не берется крепко за послушание и Иисусову молитву с самого начала, то восплачь о нем. Слепым он родился – слепым умрет. Жаль только денег, потраченных на проезд до Святой горы".

Согласно Святым Отцам послушание выше поста и молитвы, и человек, не понимающий послушания, не только пост и молитву не поймет, но вообще не поймет духовную жизнь, тем более монашескую. Только через послушание начинается подлинная духовная жизнь. Послушание – труд, возможность смирить себя и деятельно побороть свою гордыню, которая проявляется в виде своеволия и доверия своим помыслам. Человек имеет возможность деятельно от этого отказаться, а поскольку "своя воля царя боле", то для привыкшего жить по своей воле это, конечно, пролитие крови. Но если человек желает чего-то достигнуть, он должен вступить на это поприще.

Как же привести себя к тому, чтобы безропотно, беспрекословно, без рассуждения исполнять порученное дело, обрести внутреннее сердечное повиновение, свободное сознательное послушание? Если человек хочет послушаться, но видит в себе сопротивление, гордость и бессилие что-либо сделать, нужно полностью перестать доверять себе и прибегнуть к помощи духовного руководителя (игумена или духовника). Приведем примеры из опыта духовного послушания  схиархимандрита Софрония (Сахарова):

"Прежде всего должно утвердиться верою к нему (духовному наставнику) и через веру эту стать неудобопреклонным к соблазну; подчиняться ему, не гнать, не торопить, не требовать, относиться к нему с преданностию, любовью, без восторженности, просто. Руководимый должен быть прост, доверчив, послушлив, непытлив… Когда нам отец игумен или духовник что-либо скажет, то не испытываем, почему он так сказал, а просто "слагаем в сердце глаголы их" (Лк.2:19,51). Мы знаем, что они говорят трояко – иногда по благодати по предвидению (это в случаях наиболее важных), иногда по опыту (большей частью), иногда ради утешения в скорби или наставления и вразумления. Доверчивый и послушливый всегда от них получает пользу (во всех указанных случаях).
При ином же отношении и устроении ни в одном из сих случаев человек не получит пользы, потому что рано или поздно преткнется (соблазнится, разочаруется и тому подобное). Мы знаем, что если нам игумен или духовник что-либо сказал только ради утешения (вроде: "потерпи", "это скоро пройдет" или что-нибудь подобное), то хотя и годами – случается – мы не получаем облегчения, все же всякий раз с верою слушаем и принимаем их слова.
Так бывало и со мною. Приду к духовнику сказать, что бесы докучают по ночам, замучили меня… так что за ночь я не только не отдыхаю, а хуже устаю, когда наступит день, то я едва ли с болезнию могу ходить, а ведь мне нужно весь день быть на послушании; духовник скажет: "Ничего, потерпи; это пройдет, это тебе за гордость Господь попускает или за осуждение, за неприязнь к кому-либо". И я верю и ухожу. Через некоторое время, когда опять замучаюсь, говорю, что не только не лучше, но даже еще хуже досаждают мне бесы. "Ничего, терпи, предайся воле Божией; смирись, и не будешь мучиться. Ничего, теперь так не будет, иди с миром". Иногда прочитает разрешительную молитву или другое какое-либо наставление даст. После два-три дня иногда спокойнее проходят, а потом снова та же мука, и так годами; и что же – по вере своей духовнику душа каждый раз укрепляется словом его и, терпя годами, впоследствии научается брани с бесами, становится более мужественной, получив много раз помощь от Бога за молитвы, познает свои немощи, смиряется; а смирение – над бесами непобедимая победа; а к плачущему о грехах ни бесы и никакой иной страх не имеет доступа…
Когда нам говорят по опыту, то в случае несовпадения слова духовника с тем, что было с нами, не соблазняемся, а просто говорим ему о том, и он указывает нам на наши ошибки, которые были причиною того, что с нами произошло иначе, чем он сказал. Преткновения тоже полезны – они обогащают наш опыт.
Таким образом послушный, доверчивый обогащается опытом, постепенно восходит от силы в силу, из всего научается извлекать пользу. А пытливый, склонный к соблазну, недоверию, особенно гордый, и от пророка не попользуется, и в чудотворце ничего не заметит, и совершенного будет уничижать. С таким и тяжело, и бесполезно заниматься, и все духовники отрекаются быть руководителями подобных учеников" (Подвиг послушания. Из писем отцу Давиду (Бальфуру).

А вот еще слова о послушании старца Ефрема Катунакского: 
"Хочешь получить дар молитвы? Хочешь, чтобы когда говоришь: "Господи Иисусе Христе", из твоих глаз текли реки слез? Хочешь прожить ангельскую жизнь? Тогда: "Благословите!", "Буди благословенно!" Вот что такое послушание!" "Не живешь в послушании – не можешь умно молиться, нельзя причащаться, нельзя служить – ты уготовлен в ад. Вот ведь и Адам, и пророк Елисей и Гиезий: все эти примеры нас убеждают, какие именно добродетели более всего угодны Господу. И другие добродетели содействуют спасению, но ни одна из них не имеет той силы, какую имеет послушание. Поэтому более всего прилежайте в послушании".

Действительно, усвоив себе Христово послушание, послушник приобретает и другие добродетели. Об этом пишет преподобный Макарий Великий: "Все добродетели связаны между собой и, подобно звеньям духовной цепи, зависят одна от другой: молитва от любви, любовь от радости, радость от кротости, кротость от смирения, смирение от служения, служение от надежды, надежда от веры, вера от послушания, послушание от простоты". По мысли Отцов Церкви, духовный труд послушания дает навык искренней молитвы. "Ничто так не способствует молитве, как послушание, умерщвляющее нас для мира и для самих себя", – пишет святитель Игнатий (Брянчанинов). "Душу послушливого любит Дух Святой, и потому он скоро познает Господа и получит дар сердечной молитвы", – преподобный Силуан Афонский.

Сегодня мы не испытываем  тех лишений, которые терпели подвижники древности, и подвигов их мы не в силах нести. Однако исполнение подвига послушания для нас неизбежно, потому как без него монашество может просто исчезнуть. Если человек творит послушание по доброй воле, терпеливо, самоотверженно, с молитвой, то создает вокруг себя подлинно монашескую, духовную атмосферу. Говорят, что если в обители есть два-три настоящих послушника, то это дает монастырю новую жизнь. Поэтому самая важная миссия игумена и игумении – учить братий и сестер совершенному послушанию. Посему, по слову митрополита Нижегородского Георгия, наставники сами должны иметь навык послушания и являть его своему епископу. Если игумен и игумения сами не способны выполнить благословение по послушанию, то и их никогда не будут слушать братия или сестры. Потому что через личный подвиг игумена или игумении призывается благословение Божие на всю монашескую общину.

Благодарю за внимание.